«Каждый день я вставала, и готовилась к съемке, а он ничего не снимал. В конце концов, помню, мы забрели в маленькое кафе. Напротив меня сидел какой-то парень. Настроение было ужасное. Очень хотелось послать все подальше, поехать домой, и я сунула в рот жемчуг, сняла туфли — ноги ныли от бесконечной ходьбы. И вдруг Пенн крикнул: «Стоп! Снимаю!». Так появилась на свет одна из лучших работ Ирвина Пенна  »Cafe in Lima» 1949 года, фотография,  с которой началась история об одном великом фотографе. Этот снимок разобрали на цитаты, его многократно копировали, беря за основу позу  Джин Пэтчетт — прямые скрещенные ноги, слегка изогнутая спина. Арт-директор журнала Vouge Александр Либерман,  получив этот снимок, понял, что только что состоялась революция в мире фотоискусства. До сего момента на его столе красовались лишь снимки высокомерных моделей в жеманных позах. Каково же было его удивление, когда фотограф не признававший съемок на пленэре и получивший прозвище «студийного затворника», увидел красоту в необычном жесте, в естественной усталости и простоте… Он сделал прекрасным «несовершенство современной жизни».

Впрочем, эта съемка была первой и последней сделанной в естественной обстановке, она изменила мир, но не изменила фотографа, который всю свою жизнь так  и будет работать в студии. Только здесь он чувствует себя застрахованным от случайностей, он все держит под контролем и ощущает себя полноправным  »хозяином кадра».

Среди его работ нет пустых и безыдейных, для каждой он выдумывал сценарий, модели превращались в актеров и играли роли. Он создавал небольшие пространства из театральных декораций, и помещал в них персонажей,  загонял в угол. Явно не привыкшие работать в такой обстановке многие проявляли беспокойство, а кого-то это забавляло. К примеру, художник Марсель Дюшан очень любил эти странные фотосессии, а вот герцогиня Виндзор чувствовала себя не комфортно.

Самые различные предметы неожиданно появлялись в кадре: мебель, машины и мотоциклы, музыкальные инструменты и прочие устройства. В качестве фона он  не редко использовал ковры, купленные у старьевщика.

Ирвин Пенн был невероятно трудолюбив, он никогда не стоял на месте. Ему были подвластны все жанры, все, что он запечатлевал своей камерой становилось предметом искусства.  Огромное количество натюрмортов, жанровых фотографий, обнаженной натуры он оставит после себя. Он был способен преображать, создавать и видеть прекрасное во всем. В 1953 году,  открывая свою студию, маэстро провозгласит «съемка пирожного тоже может быть искусством». И подтвердит свои слова, представив публике серию натюрмортов.

Но ничто не удавалось Пенну, так, как портреты, самый знаменитый из которых он создаст в 1957 году. Портрет Пабло Пикассо. Здесь фотограф проявил себя как тончайший психолог, способный увидеть нужный поворот, волнующий взгляд. Он, не торопясь, часами мог выжидать момент, и только когда был уверен, ловким движением нажимал кнопку «спуск».

Ирвин Пенн — больше, чем фотограф. Он легендарный художник, который подобно искусному охотнику умел подолгу  ждать и молниеносно действовать. Долго и плодотворно работая, «прожигая»  своими фотографиями страницы глянцевых изданй, Ирвин Пенн сумел изменить мир.

http://www.irvingpenn.com/